Предложения воздухоплавателя по партийному строительству. Устав и программа, придуманные для тех, кто продолжает жить.
Встанешь утром, посмотришь по сторонам, телевизор послушаешь, газеты кое-какие перелистаешь — и понимаешь: опять они нас обдуривают.
Сбиваются без нас в компании, группы, движения, партии и за наш счет жируют.
Приходят друг к другу сытые, хорошо одетые и говорят:
— Здравствуй, товарищ, я по поручению народа. Он тебе не звонил?
— Ну как же… Вот тебе право на владение им.
Любим мы быть крепостными, дворней, целым, которым владеет часть… Ропщем себе по углам и всерьез думаем: так всегда быть не может. Должны же прийти умные, порядочные… Должны. Но, видимо, издалека идут и медленно. И протекает жизнь без пользы для следующих поколений и удовольствия для нынешних, пока партия власти решает, что нам смотреть, читать, с кем дружить и как думать. Почему мы такие необучаемые, почему так не любим Родину, то есть себя? Это не вопрос, это то самое стенание в углу.
Только что, кажется, освободились от вселенской слежки, от страха за высказанное мнение, от тотальной зависимости, И обратно в ярмо. Без радости, конечно, но с готовностью. Сколько людей, прожив дюжину свободных лет, бросились в триединую партию? Порядком. Без партии — ну никак.
Нас, однако, не влившихся в ряды, много больше. Следовательно, и торжество одних, и уныние других оснований имеют немного.
Население опыта достойной жизни не имеет. Своего участия в собственной жизни не признает и из всех чувств, всплывающих в сумеречном сознании, культивирует два второстепенных, но непреодолимых: чувство фантомной потери того, чего не было, и реалистической зависти к тому, что есть у кого-то.
Многие из постояльцев страны не ощущают себя ни хозяевами, ни гостями нашей многонациональной гостиницы. Так, обслуживающий персонал — горничные, повара, истопники, охранники, музыканты; все служат высшему долгу, чтобы ими руководили и помыкали справедливо.
Понимают, как писал советский классик:
«…В нумерах служить — подол заворотить. Кто придет, тот и господин».
Вот и растопыриваемся с настороженным любопытством перед каждым, кто приходит. И правильно. В нашем заведении (это не обидное слово) не пользователи жизни выбирают управдома, а управдом выбирает способ нашей жизни. Как привык, чтобы ему было безопасно и комфортно.
Понятно, что, пока правит, он лучше всех (а уж после… Хорошо, если будет забыт).
Шофер дядя Вася Цыганков возил нас, пацанов, на военном «Студебеккере», показывал роскошные дома партийной знати и поучал: «Вот видите, ребята, люди хорошо учились и теперь живут хорошо». Прилежные ученики катались на машинах, отдыхали в своих санаториях и руководили нами, троечниками. И партию себе завели, чтобы отличаться от нас. А между тем нам тоже хотелось как-то. Быть. Теперь, наконец, появилась возможность объединиться и тем, кто не очень успевал.
Заявка на создание организации
Нежелание стоять на обочине нашего раздолбанного и недружелюбного политического проселка и воспитанная статусом гражданина 1/6,5 части суши способность совладать со стыдом побуждают автора воткнуться в очередь на право называться основателем повседневной Партии.
I. «Все предыдущие партии лучше или хуже скомпрометировали себя»
Для создания партии нужны три составляющих: желание, всенародная поддержка и деньги. (Впрочем, если есть деньги и желание, без всенародной поддержки можно обойтись.) У автора нет ничего, кроме всенародной поддержки, но она выражена пока неотчетливо, поскольку население, готовое у нас поднять с пола и съесть немытое, если оно ему знакомо, не знает, что мы предлагаем.
Чтобы облегчить альтернативу, которой он был лишен более века, предлагаем бесполезному для решения стратегических задач по собственному выживанию читателю выдержки из устава и программы новой не вредной для здоровья иной Партии. С комментариями, как положено.
№ 1. Название представляет собой незанятую аббревиатуру ПНБ (д), которую при желании можно расшифровать как Партия Наивных Беспартийных (дураков).
В отличие от остальных партий, название которых не имеет ничего общего с их родом деятельности, манерой поведения и моральными принципами их деятельности, ПНБ (д) в имени своем объявляет суть. Коммунистическая партия, Либерально-демократическая, «Справедливая Россия», «Единая Россия» (перечисляем участников финала) — просто термины, товарные знаки, под которыми можно продавать одинаковый товар как разный.
Многие объединения вообще представляют собой «куклу» — известный прием мошенников, когда сверху пачки лежат две-три купюры, а дальше — резаная бумага, не годная ни на что. Я думаю, почему фокусник Копперфилд так и не изумил наше воображение, и легко нахожу ответ. Там, за границей нашей жизни, люди в обморок падают от восхищения, когда на их глазах исчезает какой-нибудь пустой вагон или двигается статуя.
У нас перемещение целых народов, не говоря об исчезновении товарных поездов с углем или нефтью, — трюк, который не обращает на себя внимания не только рядовых граждан, но и специалистов по разным трюкам. Заводы исчезают, деньги всего населения, города, нефть, газ, бриллианты…
Не удивляет.
Вообще, удивление не есть сильная черта нашего характера. Барана клонировали в английской сказочно чистой лаборатории — весь мир присел. Народы замерли в ожидании. А тут при свете дня целиком клонировали Государственную думу по необходимому образцу — обитатели и не шелохнулись.
Кого там всучили им в качестве народных избранников — неинтересно. Потому что депутат — это тоже большей частью название, ничего общего не имеющее с сутью.
ПНБ (д) точно соответствует названию. Не претендует на роль лидера и не стремится никого объединить против кого-либо.
14. Членом Партии наивных (беспартийных) может стать каждый порядочный, разумный человек, которому надоели негодяи, воры, циники и ксенофобы во власти — и он с ними не водится за ненадобностью.
17. Наивный беспартийный ходит не куда скажут, а куда хочет. Он рад безоружному и незлобивому путнику, идущему в ту же сторону, навстречу или пересекающему дорогу. Земля — шар. Встретимся.
42. ПНБ (д) — партия не избираемых, но избранных. Мы объединены своим разобщением, но многие умеют думать, говорить на одном языке и делать что-то полезное: например, здороваться и улыбаться при встрече.
21. Член ПНБ (д) считает, что достоинство не может быть национализировано или разделено. Оно не может быть награждено, хотя от премий по другим номинациям жизни (труд, наука, искусство) отказываться глупо. Поскольку на эти деньги можно провести партсобрание ячейки (см. статьи 74а и 74б).
34. Член ПНБ (д) оглядывается по сторонам в поисках осмысленного взгляда.
Впрочем, любопытная картина открывается порой взору заинтересованной публики. Прежде всего — сама публика. Разного оттенка юродивые — хорошо между тем одетые — выползают на телеэкраны, газетные полосы, на трибуны разнообразных сборищ, откуда на нежную просьбу «Дай!» всё еще наивного населения отвечают: «Посади меня на правление, протяни руку и проси. Обещаю, как всегда, честно: дам!»
Несчастная наша страна, обворованная до крайности тьмами властолюбивых хамов, выращенных (из крутых яиц) еще в социалистическом инкубаторе, прости нас!
Что было (и есть), «заиграно», не считается: унижения, кровь, оскопленная культура, отвратительное образование, приблизительное здравоохранение, разрушенный язык, инъекции от соблюдения чести целым поколениям…
«Как они надоели…» — думает член ПНБ (д).
Опять: никто не будет жить лучше других. Никто не будет.
Но! Потерпите! И Все будут жить лучше всех.
Ну как же…
3. Человек, вступивший в ПНБ (д), автоматически выбывает из нее, ибо он становится членом партии, что несовместимо с ее идеей.
74а. Для создания партийной (т.е. антипартийной) ячейки достаточны два (и более) человека, в доброй беседе коротающие время за столом.
74б. Стол может быть условным (ящик, подоконник, стиральная машина), на котором стоит любой неразбавленный напиток (включая воду). Наивные беспартийные поддерживают отечественного производителя, но не обижаются, если вступающая сторона предложит чачу, горилку, бурбон, паленку, шнапс, сливянку (какая гадость!), кальвадос, виски, граппу, текилу, джин, молт, коньяк, скотч, кирш. На условном столе должен также лежать помидор — символ ПНБ (д), о котором — в статье 114.
74в. При приеме в ячейку женщины, как во время исполнения гимна, все встают.
12. Ячейка распускается после: окончания застолья, завершения тихой беседы, приезда машины ПМГ для развоза гостей, а также когда партийный (антипартийный) лозунг «Ты меня уважаешь!» обретает в конце вопросительный знак.
5. Каждый вновь принятый в ПНБ (д) накануне имеет право не ранее следующего дня образовать и тут же распустить новую ячейку.
97. Протекционизм осуждается ПНБ (д), но является единственным способом ее расширения.
«Вот мой друг. Он достойный человек!» — такая рекомендация считается тавтологией, которую ПНБ (д) не поощряет. Одна фраза подразумевает другую. А впрочем, как хочешь. Может, приятель по партии глуховат.
62а. Партия наивных беспартийных выступает за тесное сотрудничество с властью в деле оплаты квартир (у кого на это есть средства), телефона и проездных билетов. Не осуждает протестный проезд зайцем.
К лести и славословию в адрес любого начальства, если они очевидно чрезмерны и не вредят ничему, кроме репутации бывшего нашего приятеля, ПНБ (д) относится с любопытством энтомолога, наивно полагающего, что временами любовь может иметь и такую интересную форму. Ирония, впрочем, оправдывает многое.
Уже первое знакомство с избранными статьями показывает жизнелюбивость, честность и дружелюбие организации. У нас нет идолов и героев, основоположников и последователей, нам некого благодарить, кроме Бога, родителей, друзей и любящих (любимых) женщин (мужчин).
У ПНБ (д) имеется портрет, который достоин рамы. На нем изображен К. С. Станиславский, косым крестом заклеенный бумажными лентами, и внизу надпись:
«Верю!»
Потому что
23. Член ПНБ (д) верит каждому обещанию.
Сказал Хрущев, что в восьмидесятом году наступит коммунизм, — значит, мы уже жили при коммунизме. Описал Оруэлл восемьдесят четвертый год — значит, коммунизм был таков. Теперь мы живем при демократическом строе. Правильно я понял?.. Значит, верим.
Впрочем, не всякий раз. Говорили военные, что в Чечне не так уж много жертв (не знаем, сколько им надо), — тут мы слушаем и не верим. А солдатским матерям, утверждающим обратное, мы верим, потому что
11а. Член ПНБ (д) имеет право на выбор веры и веру в право выбора.
Другими словами, кому хотим, тому и верим без объяснения мотивов.
Скажем, президенту, силовикам, прокуратуре, лепилам мудрых законов из думских и примыкающих — вот не верим. Без объяснения. На основании статьи № 61.
61. «Не хочу!» — не следствие, а причина. Вопрос «Почему?» считается некорректным и дезавуируется ответом «Потому» (если так уж хочется поговорить).
В связи с тем, что тема возглавления нашего совершенно очаровательного строя возникла сама, переходим ко второму краткому курсу программы-устава ПНБ (д).
II. Все претенденты на роль властителей народных дум испорчены страстью что-нибудь возглавить
62. Члены ПНБ (д) чувствуют дискомфорт оттого, что кто-то рядом живет не сложно, но скверно.
Мир никогда не будет жить справедливо, потому что он населен людьми. Свобода и равенство несовместимы. Большинство обитателей Земли этого не понимают, потому что они бытуют хуже и беднее меньшинства. Эти многие не хотят свободы, и их не устроят достаточные для проживания условия. На самом деле они терпят и вожделеют жизни и благ, которыми пользуется меньшинство.
Если невозможно, чтобы большинство жило лучше, то его устроила бы ситуация, в которой остальные станут жить хуже. Правда?
Печаль о прошлом обусловлена фрагментарностью памяти, которая выхватывает из ушедших времен приемлемые знаки. Знаки фетишизируются сознанием и создают основу веры и раболепной ненависти. Веры в то, что сильная власть, унижая ненавистное удачливое меньшинство, выражает интересы населения. Будто те богатые вылупились не из власти, не порождение ее и не ее же кошельки.
Эти чувства имеют психологическую почву. К моменту изменения страны и формального отказа от коммунистической формы правления всё принадлежало всем. Точнее, ничего никому не принадлежало. А теперь что-то принадлежит, но не мне, не народу (кто он?), а кому-то, кто воспользовался, подсуетился, украл, честно заработал (невозможно). Важно, что не мне. И надежда на изменение — одна. Сильная рука.
Но сильная рука — все равно из другой части. Молодые волки и старые шакалы… И все (почти все) они демонстративно покончили свои отношения с людьми.
19. ПНБ (д) терпимо относится к единовластию за столом, но переизбирает тамаду после каждой сессии. Лучшим собеседником Партия считает того, кто лучше слушает.
Вопреки устоявшимся представлениям тамада ничего общего не имеет с президентом. Он добр, интеллигентен, честен, никогда не действует силой, не наливает в рюмки под столом, не сводит счеты с участниками застолья и избегает внешних эффектов. Он, словно капитан, ведет стол-судно ясным объявленным курсом и покидает корабль в порту, куда обещал привести… С президентами — другая история.
Наивному (беспартийному) истинному Поэту Белле Ахатовне Ахмадулиной случился звонок:
— Мы хотим предложить вам войти в инициативную группу по выдвижению Владимира Владимировича!
— Помилуйте, что это за странное увлечение — всё двигать? Он прекрасно устоялся на своем месте. Хорош памятник или дурен, но он уже привычен. Разве что вас смущает гостиница «Пекин» за спиной Владимира Владимировича Маяковского?
— Речь идет о выдвижении Владимира Владимировича Путина в президенты…
— Ах, это. Конечно, если ему так хочется стать президентом — пусть дерзает, но какое отношение к этой его страсти имею я?
— Вы — совесть нации, и было бы хорошо, если бы вы поддержали…
– Милый-милый человек, в нашей стране много наций, их составляют миллионы людей, и у каждого свое представление о совести. Разумеется, я слышала это имя. Но уверяю вас: даже если бы мое знакомство было полным, я не считаю возможным для себя приближаться к этим, может быть, весьма достойным в каком-то смысле людям. Изменение дистанции разрушительно не только для Поэта. Есть много имен, которые сочтут за счастье ваше приглашение участвовать в этом предприятии, и, вероятно, они будут менее бесполезны для достижения вашей цели, чем я.
Выпьем за первого ассоциированного члена ПНБ (д) Беллу Ахатовну Ахмадулину. Мы приняли ее с радостью и стоя (в соответствии со статьей 74в), поздравив друг друга с началом партийного (антипартийного) строительства. То, что Высокий поэт не заявил о желании быть членом ПНБ (д), значения не имеет, потому что статья № 33 гласит:
33. ПНБ (д) признает презумпцию молчания.
Это означает, что если ты в устной или письменной форме не аргументируешь свой отказ (см. статью № 61), то присутствующие на собрании ячейки могут поминать тебя добрым словом без твоего ведома.
45. У ПНБ (д) нет прошлого и будущего. Но настоящим она дорожит. Всем что ни на есть настоящим.
Теоретик ПНБ (д) воздухоплаватель Винсент Шеремет заметил, что людей, не живущих сейчас, мало интересуют те, кто не жил раньше и не будет жить потом.
97. ПНБ (д) — содружество живых людей, избирающих товарищей для радости и борьбы с одиночеством.
Классики ПНБ (д) рассыпаны по городам и весям нашей страны. Они честны, хоть и уступают в популярности политическим тусовщикам.
В отличие от членов ПНБ (д) они часто являются идеологическим материалом для вольных упражнений власти.
27. Члены ПНБ (д) живут здесь и сейчас. Не можешь с нами выпить — просто поговори, не умеешь говорить — слушай. Не хочешь слушать — читай. В книгах что-то есть.
52. Живи не по возможностям, а по потребностям.
Есть возможность поддержать сильного, умыкнуть, что плохо лежит, унизить слабого или выбирать кого ни попадя, малоизвестного и незначительного, а нет потребности — не делай этого.
Иллюстрация: Петр Саруханов
42. Ключевая образующая партию формулировка выражается словом «приязнь».
114. Символом ПНБ (д) является помидор.
Прежде всего, потому, что он являет собой замечательную, достойную закуску. Соленый, маринованный, свежий… Он нейтрален, имеет четкие границы, узнаваем, хотя форма у каждого своя. Он может быть любого цвета — красный (красивый), оранжевый, желтый, зеленый (молодежная секция), голубой, синий, фиолетовый.
Помидор интернационален, но имеет наши корни, если выращен в России и впитал всё наше.
26а. Из всех видов транспорта важнейшим для члена ПНБ (д) является воздушный шар. Во-первых, он напоминает символ партии — помидор, во-вторых, в нем тихо, не видно телевизора, не слышно радио и можно разговаривать с теми, кто на земле.
— А что, приятели, — спрашивает автор из гондолы монгольфьера — корзины (много больше потребительской, но такой же пустой), — в нашей стране позволить себе осмысленную и идеологическую лень — не поступок ли, внушающий оптимизм?
— Да пошли они все …
Понимаем народ. На одном языке говорим.
121. ПНБ (б) считает, что функция человека на Земле — жизнь. Она же является и смыслом.
Поиски иного смысла жизни — лишь попытка оправдания своего существования в то время, когда ушла любовь и ты более не нужен природе. Задача человека — если он, во спасение, полагает себя частью созданного не им мира — это поиск и сохранение любви.
Любые отношения, построенные человеком с другими людьми без любви, порождают общество. Нет ничего враждебнее для живого, чем собрание людей по национальному (патриотическому), идеологическому или конфессиональному признаку.
Альтруист — порождение общественного сознания. Он друг всем и поэтому свободно пренебрегает каждым. Альтруисты устраивали войны, революции, отравляли реки и озера, вырубали леса, вели этнические, политические и религиозные чистки во имя общего блага.
ПНБ (д) признает, что общего блага на земле нет и не бывало никогда. И человек, владеющий единственной своей жизнью, уступал другому, владеющему тысячами чужих.
Эгоисты писали книги и картины, сеяли хлеб, строили дома и храмы, сажали деревья, растили детей, чтобы им — эгоистам — было комфортно и не стыдно. Эгоисты умирали, истратив функцию жизни и любви, не принеся вреда природе и окружающим. Альтруисты остались в истории. Память живущих хранит с почтением имена негодяев, тиранов и убийц, давших пример существования вне природы, жизни и любви.
Многие из случайных счастливцев, появившихся на свет, мечтают следовать отвратительным примерам. Не имея достаточной возможности унизить страны и народы, они унижают природу свою. И крушат. И воруют. И убивают… Одних живых людей во имя других.
Но у Бога нет других. И Бога другого нет. И Небо одно. И Время одно. Просто мы видим по-разному, чувствуем, слышим и считаем.
Две тысячи лет Новой эры и бесконечность — до. А у других какие наши годы?
Радуйся сам. Никого не заставляй. Хочешь — присоединяйся, и другие пусть празднуют, если в счастье…
Оглянись: что осталось от твоей родины Земли? И сотоварищи пусть оглянутся. Погладь те места, которые не порушил, в те изгибы, которые не сам сляпал, лбом уткнись, глаза закрой и затихни ненадолго. И если что стоит толком в этом теплом месте — не ломай. Ну не ломай! Не круши, не воруй, не убивай, не убивай, не убивай…
P.S. Материалы по организации ПНБ (д) были одобрены немногочисленными участниками сессии Академии Дураков в первом чтении. Теперь ваша очередь. Наливайте…
P.P.S. Значение помидора огромно, потому что оно верно.