Делегации из сотен российских спортсменов, завоевывавших десятки наград и боровшихся за первую тройку в медальном зачете, остались в недавнем прошлом. Наш спорт — под санкциями и почти в изоляции.
Однако в спортивной истории был период, когда страна, тогда еще СССР, по собственной воле находилась на самоизоляции, и длился этот период более трети века — точнее, 35 лет — с 1917-го по 1952-й. Но даже изолировав себя от внешнего мира, мы все равно стремились к международным контактам. Потому что спортивные состязания всегда были частью пропаганды — вопреки никогда реально не соблюдавшемуся правилу «спорт — вне политики». Спорт был мирной разновидностью войны, когда «наши против ненаших» —
и нам очень хочется победить и показать свое превосходство на поле спортивного боя.
Коминтерн и Спортинтерн
Спорт на серьезном уровне существовал и в царской России. Правда, успехи его были скромны. На Олимпиадах до Первой мировой были завоеваны всего восемь медалей и лишь одна золотая: фигурист Николай Панин-Коломенкин выиграл ее на… летней Олимпиаде 1908 года. Выступавшая отдельной командой Финляндия только в Стокгольме в 1912 году завоевала девять золотых и 26 медалей в сумме. Российский Олимпийский комитет был основан в 1911 году и был упразднен после большевистской революции, разрушавшей практически все институты времен «проклятого царизма». В Советском Союзе же Олимпийский комитет будет создан только в 1951 году.
Большевики формально отвергали буржуазный и профессиональный спорт. Именно через союз «и». Потому что олимпийское движение тогда формально считалось любительским. Но с детищем барона де Кубертена нам было не по пути. Страна рабочих и крестьян и спорт культивировала рабочий. И международные связи налаживала в этом же направлении.
Здесь нужно заметить, что в 1920 году в Люцерне по инициативе европейских социал-демократов и делегатов от рабочих спортивных организаций Англии, Бельгии, Германии, Чехословакии, Швейцарии, Финляндии и Франции был создан Люцернский спортивный интернационал. Но при этом его позиция в отношении Советской России не была дружественной. СССР захотел создать свою спортивную организацию, и летом 1921 года, через неделю после III Конгресса Коминтерна, в Москве провели I Международный конгресс представителей революционных рабочих спортивных организаций России, Италии, Германии, Франции, Чехословакии, Скандинавских стран и Голландии, на котором создали КСИ — Красный спортивный интернационал. При этом Спортинтерн прямо противопоставлял себя МОК: «Цель Олимпийских игр — показание успехов физической культуры и выявление рекордных достижений в области чисто индивидуалистического спорта. В противовес Олимпийским играм буржуазно-капиталистических стран Красный спортинтерн устраивает Международные рабочие спортивные праздники (спартакиады), ставящие своей целью пропаганду физической культуры как средства оздоровления пролетариата и классового воспитания рабочих масс».
КСИ провел четыре спартакиады, одна из которых была даже зимней. Но в 1937 году КСИ был распущен. И в том же году советская спортивная делегация отправилась на III Рабочую Олимпиаду в Антверпен. Рабочие Олимпиады проводил упоминавшийся уже Люцернский спортинтерн. И к тому моменту разногласия европейских пролетарских физкультурников с советскими были улажены. Что их объединило? Рабочие олимпиады, по их мнению, способствовали делу интернационализма, пролетарской солидарности и мира.
А «буржуазные» Игры разжигали соперничество между народами — по национальному признаку.
Соревнования МОК упрекали за то, что в них участвовали только представители привилегированных классов, а в Олимпийских комитетах отдельных стран заседали сплошь представители буржуазии.
Рабочие олимпиады должны были быть направлены «против всех видов шовинизма, половой дискриминации, расизма и социальной исключительности», «подчеркивая интернационализм, дружбу, солидарность и мир». А МОК, мол, не мог обеспечить истинного духа честного соперничества и интернационализма.
Но чисто спортивная ценность этих соревнований была довольно средней. Мировые звезды довоенной поры участия в них не принимали, а на одной идеологии поддерживать популярность рабочих Олимпиад в широких европейских массах было сложно. Рабочая Олимпиада 1937 года стала последней, и советские атлеты в международных мультиспортивных соревнованиях больше не участвовали вплоть до 1952 года, когда Сталин пошел на компромисс с МОК. И надо сказать, в истории советского спорта и рабочие Олимпиады, и рабочие спартакиады заняли скорее справочно-энциклопедическое место. Легендами и мифами они не обросли. В отличие от других событий.
Кино, кабаре, футбол
Самым важным из спортивных искусств для нас всегда был футбол. И даже в те 35 лет добровольной изоляции имелось большое желание проверить себя хоть на каком-то международном уровне. Но как? И с кем? В 1923 году в турне по Европе отправилась сборная России — точнее, РСФСР. Строго говоря, именно от той команды можно вести родословную теперешней российской сборной, которая тоже на изоляции проводит матчи — порой с совсем уж экзотическими соперниками. Тогда сыграли с эстонцами, шведами и норвежцами, выиграв все три игры. Однако официально историю национальной команды принято отсчитывать не с тех матчей, а со встречи против турок.
16 ноября 1924 года на поле в Москве вышли сборная СССР и сборная Турции. Советские футболисты выиграли 3:0, через год приехали, так сказать, с ответным визитом в Анкару, победили и там — 2:1 — и на этом товарищеские встречи пришлось на шесть лет прекратить. Турки были членами ФИФА, а позиция Международной федерации уже сто лет неизменна: играть между собой могут только ее члены. Сейчас с этим проблем нет ни у кого — даже у российской сборной, которую отстранили от официальных турниров, но разрешают проводить товарищеские матчи. А тогда СССР в ФИФА не входил, потому что считал эту организацию буржуазной, как и МОК.
Сборная СССР по футболу. 1927 год. Источник: Википедия
Зато Советский Союз входил в упомянутый Красный спортинтерн, который, в свою очередь, не признавала ФИФА. В общем, следующий поединок с турками состоялся только в 1931 году. И пришлось пойти на хитрость. Турецкая команда не называлась сборной Турции, а была сначала «Сборной турецких университетов», а потом командой «Народные дома Турции». До 1935 года советские и турецкие футболисты провели 13 матчей,
и турки победили лишь однажды, причем в Москве. Участник той игры Евгений Елисеев вспоминал: «Сейчас это может показаться диким или даже смешным, но приведу следующий пример: 30 июля 1933 года в Москве играем со сборной Турции, и уже на первой же минуте я из выгодного положения не забиваю гол. И что бы вы думали? Наш тренер немедленно меняет меня на Василия Павлова. Я пытаюсь выяснить, чем вызвана столь скорая замена, а оказалось, все очень просто: на трибуне сидел представитель НКВД, он-то и потребовал заменить такого неумеху, как я. Сопротивляться диктату наш тренер просто не решился. К слову сказать, эта замена не помогла, и уже к 16-й минуте мы проигрывали со счетом 0:2 и в дальнейшем проиграли 1:2».
Впрочем, турки в то время и близко не относились к сильнейшим футбольным нациям Европы. То ли дело французы. В конце 1935 года в Москву с визитом прибыл секретарь французского рабочего спортивного объединения Рауль Шапоан. Побывав на московских спортивных объектах и придя, само собой, в восторг не только от них, но и от уровня подготовки наших спортсменов, мсье Шапоан сообщил, что привез приглашение для советских футболистов (а заодно теннисистов и легкоатлетов) от парижского профессионального клуба «Рэсинг» и его президента Бернара Леви. Но просто так принять приглашение поехать в капиталистическую Францию соревноваться с профессионалами было невозможно. По этому вопросу собрали целое Оргбюро ЦК. И решение принимали в том числе Николай Ежов, Надежда Крупская, Анастас Микоян, Андрей Жданов — 53 человека должны были дать добро. И дали.
Правда, играть пришлось 1 января 1936 года. В такое время советские футболисты никогда не то что не играли, но даже не тренировались. Однако ради такого случая пришлось. Отправили в Париж сборную «Спартака» и «Динамо». Впрочем, и «Рэсинг» по тем временам был как сборная. Французы в его составе составляли меньшинство, а остальные были, как мы теперь сказали бы, легионерами из разных стран Европы и Африки. «Рэсинг» лидировал в чемпионате Франции и впоследствии выиграл его. Так что этот матч стал первой в истории советского футбола игрой против клуба действительно высшего европейского уровня.
Приехали в Париж заранее, сходили в кино и кабаре (!) и побывали на матче по хоккею с шайбой.
Возможно, это был первый случай, когда неизвестную еще в СССР игру живьем увидели советские люди.
А в первый день нового года сыграли в футбол на «Парк де Пренс» в присутствии 60 тысяч зрителей. «Рэсинг» победил 2:1, но для советского футбола это была грандиозная история. Впервые удалось проверить свое мастерство на таком уровне. Если коротко, то советских футболистов оценили достаточно высоко, отметив, впрочем, что русские могут сформировать еще две-три команды такого класса, а в Европе подобных — сотни!
Банкет для басков
Но из всего довоенного футбола — причем и международного, и внутреннего — самым легендарным событием стал приезд в СССР басков. 1937 год. В СССР вот-вот начнется Большой террор, а в Испании уже вовсю идет Гражданская война, в которой участвуют сотни спортсменов, в том числе игроки испанской сборной из Басконии. Страна Басков особенно отчаянно сопротивлялась армии генерала Франко. Чтобы поддержать бойцов, правительство Басконии отправляет в турне по Европе сборную, в составе которой действительно хватало звезд европейского уровня. Турне было в первую очередь агитационным, направленным на сбор средств, но и спортивные цели не были второстепенны. Баски вполне успешно сыграли несколько матчей во Франции, Чехословакии, Польше — и получили приглашение посетить Советский Союз. Где в связи с их приездом наблюдался колоссальный и политический, и спортивный ажиотаж.
Советские люди симпатизировали в войне с Франко республиканцам, советское правительство поддерживало их оружием и инструкторами, а футболисты мечтали сыграть с соперником, который был даже сильнее парижского «Рэсинга».
В СССР баски провели девять встреч. Причем не только в Москве и Ленинграде, но и в Тбилиси и Минске. Играли с клубами, сборными городов, сборной «Динамо». Из этих девяти встреч сборная Басконии выиграла семь, а проиграла только одну — московскому «Спартаку» — 2:6. Но «Спартак» сам был как сборная, его усилили пятью футболистами из Киева, ЦДКА, «Локомотива». «Героем» матча стал судья Иван Космачев. Вообще, советские спортсмены, тренеры, комментаторы постоянно сетовали на необъективное судейство, предвзятое отношение «капиталистов» и всевозможные антисоветские проявления. Но в тот день судья Космачев настолько открыто и даже неприлично подсуживал «Спартаку», что даже через 90 лет об этом факте вспоминают почти сразу, когда начинают говорить о турне басков по Советскому Союзу. Считается, что победа над командой басков была особенно важна для начальника советского комсомола и покровителя «Спартака» Александра Косарева.
Марк Полляк. Источник: Википедия
Именно Косарев, к слову, предложил проводить в Союзе клубное первенство по футболу. И первый чемпионат СССР состоялся с его подачи в 1936 году. А его «Спартак» сразу стал лидером отечественного футбола. Так что победа в игре с басками была очень нужна Косареву. Поэтому он и с судьями «поработал», и девушек с «пониженной социальной ответственностью» к баскам подослал. Да, в СССР того времени не просто был секс, а секс с самым что ни на есть гнилым буржуазным оттенком.
Успех «Спартака» так или иначе оказался единственным достижением советских футболистов в играх с басками. И с него фактически началось ожесточенное противостояние «Спартака» и «Динамо», за которым стоял Лаврентий Берия. Силы были слишком не равны. В 1938 году Косарев был арестован и расстрелян, суд над ним продлился всего 15 минут. Репрессированы были и отцы-основатели «Спартака» братья Старостины, получившие 10 лет лагерей. А еще одной жертвой репрессий стал переводчик делегации басков, старший референт международного отдела Всесоюзного комитета по делам физической культуры и спорта Марк Полляк. В Ленинграде он был свидетелем попытки напоить баскских футболистов перед игрой со сборной города на Неве:
«В день приезда в Ленинград баскской футбольной команды ко мне, как к представителю Всесоюзного комитета по делам физкультуры и спорта, подошли председатель комитета по делам физкультуры и спорта Ленинграда Тумченок, секретарь горкома комсомола Ленинграда Уткин и, отведя меня в сторону, заявили мне, что они получили указание из Москвы от Харченко и Косарева относительно устройства перед матчем, который должен был происходить на следующий день, банкета с приглашением женщин. Целевая установка этого банкета была напоить испанцев «до риз». Полляк отказался спаивать басков, несмотря на давление со стороны начальства и угрозы исключения из комсомола. В 1938 году Полляка казнили, обвинив в шпионаже.
Александр Косарев. Фото из личного архива Марии Косаревой
Шахматная горячка и Коля Озеров
Контактировали в то время советские спортсмены с мировыми звездами не только в футболе. Так сложилось, что в Союзе буквально с первых лет его существования невероятной популярностью пользовались шахматы. Эпизод из «Двенадцати стульев», где Остап Бендер блистает в васюкинском «Клубе четырех коней», вполне отражает тогдашние реалии — шахматный бум.
На этом фоне в Москве в 1925 году проходит Международный шахматный турнир. Участвовали в нем не только лучшие советские гроссмейстеры, но и настоящие корифеи шахмат. Ласкер и Капабланка были чемпионами мира разных лет — Капабланка просто действующим на тот момент! Имена Рети, Тартаковера, Грюнфельда, Маршалла, Рубинштейна, Земиша известны шахматной публике, потому что в честь них названы различные этюды, дебюты, защиты и т.п. Капабланка даже снялся в фильме «Шахматная горячка», который по ходу турнира снимал пионер советского кино Всеволод Пудовкин.
Кадр и фильма «Шахматная горячка»
Несмотря на шумный успех и турнира, и фильма, следующий Московский международный провели только через десять лет, а потом еще раз в 1936-м. Снова приезжали и Капабланка, и Ласкер, которому так понравилось в Москве, что в 1936-м он выступал уже под советским флагом. Это первый в истории случай, когда иностранный чемпион мира по какому-либо виду спорта принял гражданство СССР.
Впрочем, шахматные успехи если и использовались пропагандой, то скорее для внутренней аудитории. Популяризации игры это действительно очень способствовало.
На тех турнирах взошла звезда Михаила Ботвинника, который уже после войны станет первым советским чемпионом мира по шахматам (Ласкера мы все-таки таковым не считаем).
Михаила Ботвинник. Источник: Википедия\
Теннис, несмотря на буржуазный флер, был при этом довольно популярен в СССР — по крайней мере, в среде «трудовой интеллигенции». Что говорить, если знаменитейший советский телекомментатор Николай Озеров в молодости вообще-то был 24-кратным чемпионом Союза по теннису. При этом фактически до последних советских лет этот вид спорта оставался на высшем уровне «штучным», в турнирах за рубежом участвовали всего несколько советских теннисистов, и только при Борисе Ельцине уже стал почти государственным и звездным.
Однако в конце 1930-х годов теннис пережил локальный пик популярности. Во многом благодаря приезду в Москву Анри Коше.
Он был одним из «четырех теннисных мушкетеров», вместе с товарищами по команде Франции шесть раз подряд выиграв Кубок Дэвиса — самый престижный командный турнир в мире. А в индивидуальном разряде Коше победил на семи турнирах «Большого шлема». Для сравнения: все российские теннисисты-мужчины в сумме до сих пор выиграли только пять.
Так вот, Коше приезжал в Советский Союз в 1937–1938 годах, давал здесь мастер-классы, даже школу его имени у нас открыли. И юноша Коля Озеров был как раз одним из тех, кто занимался с Коше: «Из этого толстяка выйдет толк» — так сказал француз, и точно не ошибся.
Николай Озеров. Источник: Главархив Москвы
Прорыв самоизоляции
После Великой Отечественной ситуация с международными контактами изменилась. При этом формально советские атлеты продолжали жить в отрыве от остального спортивного мира. СССР все еще не признавал МОК и не хотел участвовать в Олимпиадах, где нас теперь ждали. Но Сталину нужны были гарантии. Олимпийский лозунг, что главное, мол, участие, а не победа, его категорически не устраивал. Победив на поле боя фашизм, СССР тем более не имел права проигрывать на спортивных полях. Но там, где класс казался очевидным, разрешили рискнуть.
В 1946-м на чемпионате Европы в Осло дебютировали легкоатлеты, хотя всесоюзная секция (федераций по видам спорта тогда еще не было) пока даже не являлась членом международной любительской легкоатлетической федерации. В Осло будут завоеваны пять золотых медалей. В беге, метании копья и толкании ядра, где победила Нина Думбадзе, которая в то время была всесоюзной знаменитостью.
А вслед за легкоатлетами в том же году в Париже дебютировали и тяжелоатлеты — и это был сразу чемпионат мира! Штангисты, к слову, в международную федерацию вступили как раз в 1946-м. Первым чемпионом мира стал Григорий Новак. Человек, родившийся в Чернобыле, в то время абсолютно ничем не примечательном городке. А после завершения громкой спортивной карьеры ставший еще более знаменитым на арене цирка, где выступал вместе с сыновьями.
1946-й можно считать годом прорыва самоизоляции. Хотя еще раз скажем, что полностью сняли ее только после олимпийского дебюта в Хельсинки в 1952-м.
И тем не менее в 1946-м Всесоюзная секция футбола становится членом ФИФА. Более того — в знак признания выдающегося вклада СССР в победу над фашизмом за советским представителем закрепляется постоянный пост вице-президента, который в первые годы занимал Валентин Гранаткин. Гранаткин оставался в руководстве мирового футбола до самой смерти в 1979 году. Между прочим, в молодости он сам играл в футбол и выходил на поле в составе «Локомотива» против басков.
Очевидно, что после войны к Советскому Союзу отношение оказалось совсем иным, чем в предвоенные годы, — до начала холодной войны уж точно симпатий было гораздо больше. Именно такое дружеское отношение и сделало возможной поездку в Британию футболистов московского «Динамо». Это турне оставило некоторый след даже в истории британского футбола. А уж в истории советского оно считается самым значительным событием до того, как наша сборная выиграла золото на Олимпиаде в Мельбурне в 1956 году.
«Леди и гамильтоны!»
Приглашение направила Футбольная ассоциация Англии — причем звали не «Динамо» как таковое, а чемпиона СССР. Динамовцы просто стали чемпионами, на очко опередив ЦДКА. Но в поездку на Альбион (туманный — о чем чуть позже) взяли взаймы у армейцев Всеволода Боброва — главную звезду советского футбола и хоккея того времени. Здесь важно уточнить, что британский футбол тогда тоже пребывал в изоляции, но по причине высокомерия. Придумав игру в кожаный мяч, британцы не сомневались, что равных им в этом деле все равно нет, и не имеет смысла участвовать в международных соревнованиях, — поэтому на мировых первенствах они сами появились только в 1950 году. А британские (особенно английские) клубы вообще казались недосягаемыми. В Великобритании четыре независимых ассоциации — это тоже дань традиции. И «Динамо» сыграло не только с англичанами, но и с шотландцами и валлийцами.
«Динамо» и «Челси» выходят на поле. 1945 год. Фото: РИА Новости
Турне прошло удачно. Из четырех игр выиграли две, дважды сыграли вничью. Команда «Челси» у нас стала известна за десятки лет до Абрамовича именно потому, что в 1945-м играла против «Динамо» (результат — 3:3). После матча, собравшего 80 тысяч на трибунах, с этих самых трибун на поле хлынула толпа. Русских футболистов не то чтобы буквально носили на руках, но потрогать их и пожать им руки хотели многие.
С «Арсеналом» играли в сплошном тумане и выиграли 4:3. Пресса ругала советского судью Николая Латышева, слишком активно помогавшего своим и назначившего два пенальти. А еще удалившего Джорджа Друри. Но тот потихоньку вернулся на поле, а Латышев этого в тумане просто не заметил. Мало что замечал в тумане и Вадим Синявский. Первый раз за границу с нашими спортсменами поехал комментатор, и ему пришлось вести радиорепортаж, только догадываясь о том, что творится в игре. Впрочем, известно, что Вадим Святославович вообще много «импровизировал». Разоблачило классика только телевидение, в эпоху которого его талант приукрашивать и домысливать происходящее на поле вступил в противоречие с суровой и не такой поэтичной реальностью.
Звездой вернулся домой вратарь Алексей Хомич. Это потом уже главным вратарем в истории нашего футбола стал Лев Яшин, но до него считалось, что нет никого лучше Хомича. Из Англии Алексей привез прозвище «Тигр» и анекдот. Когда на банкете ему предоставили слово, он начал речь с приветствия: «Уважаемые леди и гамильтоны!» — просто фильм «Леди Гамильтон» был тогда очень популярен. В спортивном плане поездка дала советским спортсменам (а не только футболистам) и чиновникам уверенность, что мы конкурентны на самом высоком уровне.
Чехословацкий тест
Поскольку в тот короткий период у нас с Западом еще была дружба, то никаких политических эксцессов не было. Британцев только насмешила форма одежды — вся советская делегация была в абсолютно одинаковых костюмах, и не только костюмах: «Одиннадцать молчаливых мужчин в синих пальто» — по-английски же никто из игроков и тренеров не говорил.
И раз уж упомянули мы Боброва, про которого Евгений Евтушенко писал «Шаляпин русского футбола, Гагарин шайбы на Руси», то что там было с шайбой? После того как еще в 1936 году советские футболисты случайно оказались на экзотическом для них хоккее на льду в Париже? Похожая история произошла и с Бобровым во время британской поездки. Хоккей с шайбой он впервые увидел именно там, в ноябре 1945 года. А в декабре 1946-го уже стартовал первый чемпионат СССР по «канадскому хоккею».
Насколько быстро хоккей стал любимым зимним видом спорта, настолько же быстро пришли международные успехи.
Ведь уже первое поколение «шайбистов» успело даже чемпионат мира выиграть в 1954 году — пускай в то время в мировых первенствах и не участвовали канадские игроки из НХЛ. В Международную федерацию хоккея СССР вступил в 1952 году, однако первые международные матчи советские хоккеисты провели раньше — в 1948-м. Тогда в Москву приехал чешский клуб ЛТЦ (Lawn Tennis Club, в нем и теннис культивировали). ЛТЦ был базовым клубом сборной Чехословакии, которая была, бесспорно, сильнейшей в Европе, а в 1947 году, правда, в отсутствие канадцев, выиграла даже чемпионат мира. Чехословаки приехали вообще-то просто потренироваться и провести мастер-классы. И прибыли в Москву не только хоккеисты, но и теннисная звезда Ярослав Дробны, сыгравший в том числе с Николаем Озеровым, и фигуристка Дагмар Лерхова — фигурное катание было тогда почти такой же экзотикой, как хоккей, а достижения Панина-Коломенкина были просто полузабытым историческим фактом.
Но как-то чехословаков удалось уговорить сыграть не только тренировочные «закрытые» матчи, но и самые настоящие, с публикой на трибунах. Против ЛТЦ вышла сборная Москвы, а по факту — сборная Союза. Конечно, помогал большой опыт русского хоккея, то есть хоккея с мячом. Помогало и то, что хоккей с шайбой хорошо развивался в балтийских республиках до войны, а после присоединения их к СССР этот опыт решили применить, начав развивать шайбу. В итоге в трех матчах — по одной победе, ничьей и поражению. Как и после поездки футболистов в Британию, возникло ощущение, что даже на высшем уровне наши спортсмены вполне конкурентоспособны.
Оставалось только убедить в этом высшее руководство. Хоккей триумфально вышел на международную арену лишь в 1954 году. Но в летней Олимпиаде, как мы помним, сборная СССР приняла участие еще при жизни Сталина — в 1952-м. Тогда и завершилась фактическая самоизоляция советского спорта, длившаяся 35 лет.